среда, 27 сентября 2017 г.

Две книги о деньгах


Книга Андрея Остальского "Краткая история денег" и "Деньги" Юлии Вымятниной - это на самом деле книги не о деньгах, а о положении научно-популярной литературы в нашей стране.
Остальский представляет скорее популярную сторону этого бинома, описывая историю денег с позиций журналиста. Вымятнина представляет скорее научную сторону, будучи профессиональным историком экономики.
Остальский (чью книгу я случайно купил в "Перекрестке" за 70 рублей) прекрасно владеет эмпирическим материалом. Его рассказ о ничем не обеспеченных и отмененных иракских деньгахв Курдистане читается как небольшая приключенческая новелла. Он мастерски выискивает интересные детали: о гиперинфляции ракушек каури или 26-значной инфляции венгерской валюты, о рукописных британских бумажных деньгах, о истории деревянных денег. У него блестяще получается писать биографии. Но как только Остальский заводит разговор о  теории - тут хоть всех святых выноси. Если минусы золотого стандарта и дефляции еще вполне увлекательно проанализированы,  то все последующие теоретические построения перенасыщены метафорами, притчами, примерами из личной жизни и сдобрены сомнительным юмором с апелляцией к эмоциям читателей.

Книга Вымятниной из прекрасной серии "Азбука понятий" наоборот легко и изящно разъясняет довольно сложные теоретические вопросы о происхождении денег, их функциях, особенностях криптовалют  и т. д. Но исторические примеры описаны сухо и невыразительно.

Можно ли объединить в рамках научно-популярного дискурса простоту теории с богатством эмпирического материала? Захватывающую историю с вызывающим философское удивление теоретическим анализом? Увы, на ум мне почти ничего не приходит. И пока что научно-популярная литература остается почти недостижимой утопией, распадаясь на научную или популярную.





вторник, 26 сентября 2017 г.

10 тезисов о "Твин Пикс"

1. Сразу же оговорюсь: хотя я и не фанат, но большой поклонник и творчества Линча в целом, и "Твин Пикс" в частности. Поэтому если мне будут 10 минут показывать, как Купер тупит и пьет кофе или ест пирог, я буду смотреть не отрываясь. Если бы кадр длился не 10 минут, а все 18 серий, то и тогда бы я посмотрел их полностью.
Впрочем, за этим моим субъективным отношением стоит вполне объективная фигура Линча как Автора с большой буквы. Если авторское кино делали многие, то авторский телесериал такой один - и это третий сезон Твин Пикс.
Фирменный стиль Линча - сочетание мистики и хоррора с абсурдным юмором и иронией - сохранился. Комические моменты и хоррор-сцены сняты просто шикарно. Чего стоят одни братья Митчем. Да и вся линия с Дагги, который полный идиот, но все с ним нормально взаимодействуют и принимают все как должное, демонстрируя тем самым то, что Линч думает о современном американском обществе, просто дичайше смешная.

2. Многие говорят: затянуто, история не складывается, многие персонажи не нужны, характеры героев не раскрыты, сюжета нет и смысла тоже. Вот то ли дело старый добрый Твин Пикс, теплый и ламповый, такой цельный и человечный! На это я отвечу: мои ученики и выпускники, посмотревшие первые два сезона, говорят про них то же самое, что поклонники первых двух про третий: непонятная хрень, что это за фигня? это вообще про что?
Так что давайте откажемся от субъективности нашего восприятия и отнесемся к Линчу и его творению серьезно, не говоря, что Линч устарел и вышел в тираж. Линч всегда снимал странную фигню, ну и что теперь?

3. От многих я слышу: новый сезон не имеет никакого отношения к тру-версии. Что ж, с одной стороны это действительно так. Скорее, это продолжение "Огонь, иди со мной". И этот фильм верные фанаты первых двух сезонов также критиковали, как новый - мол не та атмосфера, и персонажи не те и вообще все не то. Но это линчевский фильм и линчевский сериал. А второй сезон Твин Пикс, как мы знаем, Линч почти и не снимал, и это уже скорее творение продюсеров. Более того, правильнее будет сказать, что новый Твин Пикс - это продолжение кинематографической вселенной Линча. Как известно, он один из тех немногих режиссерова, у которого, как и у Тарантино или Кроненберга, есть эта самая своя вселенная. Так что третий сезон в той же мере продолжает и Простую историю, и Малхолланд Драйв, и Шоссе в никуда.

4. С другой стороны, новый сезон логически продолжает первые два. В первом мистическая составляющая затрагивала только одну семью, была минимальна и могла быть истолкована чисто психологически. Во втором сезоне мистика накрывает весь город и вторгается в повседневную жизнь уже гораздо сильнее, но все-таки имеет определенные пространственные и временные границы. В третьем сезоне вся Америка становится одним большим Твин Пиксом, хронология размывается и нарушается, мистическое и реальное переплетаются до неразличимости. Вполне себе последовательная логика.

5. Первые 8 серий строились явно по принципу нарушения ожиданий. "Читатель ждет уж рифмы роза". Хотите Купера? Получайте затупка. Хотите экшн? Получайте медленные кары, не имеющие никакой развязки и сюжетного значения. Хотите много персонажей, как в Игре Престолов? Да ради бога, но в следующей серии вы их не увидите. Хотите моднейших спецэффектов (бюджет же не хилый)? Получайте картонные декорации. Хотите загадок мистических тайн? Вот вам огоньки из вигвама. Хотите Твин Пикса? Вот вам смешные старички. И лично я от этого тащился. Линч последовательно нарушил все каноны сериалов, а также спародировал многие их жанры. Все это смотрелось как манифест: "Хватит смотреть сериалы!". Сериал, отрицающий сам себя, обнажающий свои собственные приемы и иронизирующий над ними. Очень круто.

6. Однако после 8 серии все сюжетные линии сошлись, все персонажи были увязаны между собой, часть тайн раскрыта. У кого претензии к сюжету - просто досмотрите до конца.  Меня даже  немного расстроила вторая часть сезона - получился стандартный сайфай. Хотя в самом конце все ожидания снова обмануты. Получается такая спираль ожиданий и обломов.

7. Предположим, что все, что я написал, вас не убедило. Ок. С сюжетной стороной и киноповествованием проблемы действительно есть. Многие персонажи, особенно в доме у дороги,  действительно были непонятно зачем. Истории тех, кому уделили больше времени, закончились либо банальным хэппи-эндом, либо ничем.
Но не это главное! Главное, что это единственный сериал, где хоть какое-то внимание уделено киноязыку. Некоторые кадры, чаще всего не имеющие смысла, сюжетной роли и утомительно долгие, просто идеально выстроены в плане цвета, геометрии и символики. На них можно смотреть как на картины. Возьмите сцену в 12 серии, где Купер с братьями Митчем сидит в ресторане и вдруг слышит мелодию - это же просто мастерски снято, аудиовизуальный контрапункт работает идеально! И таких сцен - долгих, красивых, медитативных и бессмысленных, очень много. Даже если в целом сериал навоз, в нем много жемчужин, ради которых стоит его смотреть.

8. Если вы не цените визуальную часть, а нарратив вам непонятен, все можно простить за саундтрек. Тут Линч переплюнул все, что было на телевидении за последние годы.

9. Если вам не понравилась ни история, ни видеоряд, ни музяка, попробуйте отнестись к сериалу как к культурному феномену. Это же единственный телепроект, каждую серию которого (каждую!) фанаты разобрали по косточкам и по кадрам, толкуя каждую цифру, каждый символ, сопоставляя  с книгами, полнометражкой и предыдущими сезонами. Вместо обычных обсуждений и фанфиков родилась целая параллельная герменевтическая культура, достойная самостоятельного изучения. Но думается мне, что и тут Линч посмеялся: да, он буквально нашпиговал все серии разными намеками и отсылками. Но в итоге они ни к чему не отсылают, кроме собственной мифологии Линча, которая так и остается не раскрытой до конца, как и положено мифу, впрочем.

10. И наконец, любимый вопрос любого наивного зрителя: "о чем сериал-то, епта, я не понял ваще"? Ну что ж, я отвечу, как я воспринял увиденное, в меру своей наивности.
Это кино о грезах: о снах (сны, переходящие в реальность, снятся Куперу, Коулу, братьям Митчем, Лоре), наркотических приходах (половина персонажей из дома у дороги - наркоманы), мистических видениях, коме (в которой пребывает Одри, судя по всему), мечтах (Норма и Эд), утопиях (доктор Джакоби), грезах искусства (музыка в доме у дороги), страхах, сексуальных влечениях, обывательско-потребительских надеждах (линия Дагги и его семьи). Эти грезы могут быть высокими и низкими, странными и банальными, глупыми и глубокими, устаревшими и вечными. Как и наши с вами мечты и фантазмы. Тут претензии не к Линчу.
Если в плане содержания именно тема грез является основной, то и в плане выражения тоже. По сути это кино о кино. Линч процитировал почти все свои фильмы, а также все культовые фильмы от Хичкока до Тарантино, сплел воедино все жанры от комедии до хоррора, от криминального боевика до супергеройского сайфая, от мелодрамы до философской притчи ( и в каждом жанре ему удается достучаться до эмоций - смех, слезы, страх, саспенс, философское удивление).
Так же как в плане содержания грезы неотличимы от реальности, в киноязыке Линча свои образы неотличимы от чужих, пародия-от оммажа, ирония-от метафизики. Отсюда и гипертрофированная тема двойников, неразличимости копии и оригинала. По сути, Вигвам - это экранная реальность, столь же странная и страшная, сколь и притягательная. Тему грез и тему кинематографа связывает тема электричества. Не зря же Купер приходит в себя после того, как видит сцену из "Бульвара Сансет", а затем сует вилку в розетку.
Кино - те же грезы, и картонный чайник вместо Боуи, электрическое дерево с говорящей культёй, а также прочие нищебродские спецэффекты  здесь очень уместны, так как подчеркивают иллюзорность увиденного. Фрагментированность нарратива и хронологические сбои работают на тот же сновидческий эффект. Вирдовая музыка, подобранная Линчем, идет в ту же кассу.  "Мы все живем во сне". Но Линч не стремится пробудить нас от него, как это делает большинство режиссеров от Роберта Вине до Кристофера Нолана. Линч мастерски погружает нас в грезы, все глубже и глубже. Всем рекомендую этот блестящий эскапизм. Have a nice trip. 

пятница, 22 сентября 2017 г.

Аналоговая политика: Голосов Г. В. "Сравнительная политология"

Этот пост будет из серии "все знали, а я не знал". То есть, видимо, любой студент-политолог в курсе. А я, как человек далекий от политологии, но вынужденный ее кое-как преподавать школьникам в рамках обществознания, и не подозревал.
Чем оказалась эта книга ценной лично для меня? Тем, что показал относительность любых схем, на которых строится школьное преподавание.
Какие у нас есть политические режимы? Демократический, тоталитарный и авторитарный плюс разного рода переходные? Оказывается, режимов минимум 6, а не 3. И в основе классификации должны лежать не только методы власти, но и ее субъекты, степень мобилизации масс и открытости элиты. А термин "тоталитаризм", как я понял, у политологов вообще зашквар. Это только философы им еще кого-то пугают.
Какие у нас бывают республики? Президентская, парламентская и смешанная? Таки нет. Скорее, речь должна идти о целом континууме республик с  разными полномочиями президента и парламента в отношении правительства, друг друга, а также более конкретных вопросов, от принятия бюджета до объявления войны.
Какие у нас бывают партии? Массовые и кадровые? А куда отнести "партии избирателей", "стратархии", полумассовые партии и множество других видов? Не вмещаются они в схему.
Какие, наконец, у нас бывают избирательные системы? Мажоритарная, пропорциональная и смешанная? Ан нет, их штук 10 бывает. Есть, оказывается, такие, в которых у человека не один голос, а несколько. Есть такие, где можно не просто поставить галочку напротив кандидата или партийного списка, а проранжировать их в порядке предпочтения.
Иными словами, мы привыкли мыслить дискретными категориями, а реальность штука скорее континуальная. Не цифровая, а аналоговая.
Означает ли это, что мы обманываем учеников в школе? Не думаю. Если загрузить их сразу всем разнообразием политических форм - они просто запутаются. Приходится что-то упрощать и намекать, что есть и следующий уровень, для более продвинутых, где придется сразиться с боссом и получить хорошие бонусы, но сначала надо прокачать скилы.
PS. Книга особенно хороша обилием примеров. Но увы, про Россию почти ничего нет. Также огорчило то, что сравнительная политология сосредоточена на изучении демократических режимов и республиканских форм правления, а монархии и диктатуры изучаются слабо.

четверг, 21 сентября 2017 г.

Смерть истины и смерть бога


"Бог умер, да здравствует Сатана!"  - "Истина мертва, да здравствует Трамп?"
Это кадр из фильма Романа Полански "Ребенок Розмари" (1968). Розмари сидит в приемной и ждет врача, листает журнальчики. Один из них вы видите на фотографии. Журнал попадает в руки Розмари случайно, но именно в этот момент она осознает, что ее муж и соседи - сатанисты, плетущие вокруг нее какой-то жуткий заговор с целью заполучить ее будущего ребенка.
А это один из апрельских номеров того же журнала за 2017 год, посвященный Дональду Трампу и политическим манипуляциям. Дизайн обложки - точная копия издания, которое читает Розмари. Номер в ее руках - это реальный номер "Тайм", вышедший в апреле 1966 года и посвященный "теологии без бога" и различным религиозным движениям в США. Это первая обложка "Тайм" без картинки, выполненная в жесткой черно-красной гамме, с провокационным вопросом в центре. Выход в номера  в свет повлек за собой большой скандал, массовую критику редактора, автора заглавной статьи и издательской политики журнала в целом. Редакция получила в 1966 году 3,5 тыс. писем, в основном критически настроенных по отношению к провокационному ницшеанскому выпуску.
Не думаю, что политика Трампа имеет какое-то отношение к теологии смерти бога и что их как-то можно сравнивать между собой. На что же пыталось намекнуть издательство, копируя дизайн обложки 1966 года? Думаю, как раз на сцену из "Ребенка Розмари".
Обложка как бэ намекает: Трамп сделал с Америкой то же самое, что с Розмари сделал ее муж. Ну, изнасиловал из своих корыстных с одной стороны и идейных с другой соображений.

пятница, 15 сентября 2017 г.

Николас Роуг "А теперь не смотри" (1973)

Еще один пример победы стиля над материалом. Лирический фильм ужасов без монстров и чудовищ. Меланхоличная, депрессивная и тревожная экранизация Дафны Дюморье (которую, кажется, и Хичкок экранизировал - взять тех же "Птиц").
Все самое страшное случается в начале: гибнет дочь главных героев. Но страшно становится еще до этого, с первых секунд. Резкие монтажные переходы через деталь, причем большинство деталей разбиваются или иным образом деформируются: мы сразу понимаем, что произойдет что-то непоправимое и катастрофичное, как катастрофичен и сам монтаж. Монтажное сопоставление реальности и фотографии, реальности и отражения сразу задает тему - призраки и призрачность. Композиционно наиболее монтажные части обозначают начало и конец фильма, представляя собой настоящий визуальный аттракцион. Еще одна сложная монтажная сцена дана прямо в середине фильма - сцена секса, небольшая передышка для зрителя, любовь посреди кошмара.
В основном до конца фильма вроде бы ничего ужасного не происходит, как и почти ничего сверхъестественного (оное может быть объяснено и психологически). Но ощущение страха не покидает. И этот эффект создается за счет формы. 
Красный цвет плаща, в котором погибла дочь главного героя, а также синий цвет воды, в которой она утонула, пронизывают всю атмосферу фильма, появляясь почти на всех возможных объектах. Крупные планы ничего не значащих деталей, множество переходов через деталь. Тщательно выписанное пространство Венеции с узкими улочками, лестницами, мостами и каналами. Все это порождает эффект погружения в параноидальное, воспаленное сознание героя. 
Очень скоро мы начинаем понимать, что с ума сходит не его жена (которая, как выясняется, посещал психотерапевта и сидела на таблетках, а теперь общается с медиумами в попытке выйти на контакт с дочерью); с ума сходит сам герой, который казался оплотом рациональности скепсиса и твердости воли. И вместе с ним мы погружаемся в депрессию, одиночество, панику, мистические видения и предчувствия. Смерть героя совпадает с апофеозом этого безумия и визуальным калейдоскомпом на экране. В конце становится даже не страшно, а скорее наступает облегчение - безумие закончилось, и мы снова в реальном мире.
PS. Если не любите ужасы, посмотрите фильм ради эротической сцены - пожалуй, снятой идеально, такой я больше не видел.

среда, 13 сентября 2017 г.

Ромеро "Ночь живых мертвецов" (1968)

Резюме: если не видели, то посмотрите; если смотрели - пересмотрите.


Конкретнее: редкий американский пример, когда стиль важнее материала. Материал убогий: зомби напоминают бомжей, актеры играют из вон рук плохо, история простая как 3 рубля, психология еще примитивнее. Во всем нарративе радует только концовка, ставшая образцовой.
Но!
Резкий монтаж, рваные кадры, ничем не мотивированные ракурсы (кроме вирдовости и разнообразия), сбивчивый монтажный ритм. Кто-то скажет: Ромеро не умеет снимать. Но по-моему, именно эти элементы художественной формы и делают фильм напряженным, нервным и пугающим. Монтаж режет взгляд зрителя, как в Андалузском псе, ну или как собственно сами персонажи режут зомби.
Ну и конечно шикарная сцена, когда дочка-зомби убивает свою мать каким-то мастерком, снятая субъективной камерой - явно оммаж для Дарио Ардженто, с которым позже Ромеро снимет вместе Рассвет мертвецов и пару экранизаций Эдгара По. Ништяк.

понедельник, 11 сентября 2017 г.

Почему не страшно? Материал и стиль в фильме ужасов.

После просмотра классических фильмов ужасов Жака Турнера, в частности, "Ночь демона" (1957), "Я гуляла с зомби" (1943) и особенно "Люди-кошки" (1942), мне окончательно стало непонятно - почему не страшно,а иногда и вовсе смешно? Ведь это классический хоррор, что же с ним не так?

Стивен Кинг считает, что "Люди-кошки" не вызывают страха, т.к. не укладываются в современную концепцию "декораций реальности": мы видим, что улицы города сняты в павильоне, и самые напряженные моменты становятся для нас наигранными и искусственными. Не соглашусь, это вопрос личной установки каждого зрителя, и мы уже давно привыкли к самого разного рода условностям.
Позволю себе выдвинуть другое предположение. Основная причина, почему не страшно - это слабая визуальная часть. Все картины Турнера, как и большинство американских фильмов ужасов, сняты объективной камерой, с минимумом монтажа или со стандартным монтажом, с минимально подвижной камерой или со стандартно движущейся камерой. В результате у зрителя возникает эффект отчуждения - мы чувствуем себя наблюдателями, остающимися в стороне, и происходящее на экране нас совершенно не трогает. 
Иными словами, Турнер, как и многие другие режиссеры, делает акцент не на форме и стиле. а на материале, не на визуальной части кино, а на повествовании. При этом материал очень удачный и оригинальный. Например, в "Людях-кошках" появляется новый тип фильма ужасов - хоррор без монстра (спасибо кодексу Хейса  и малобюджетному продюсированию Вэла Лютона). Соответственно, особый акцент делается на психологию и психоанализ: сквозной образ кошки, пронзенной клинком, легко считывается как символ подавления женской сексуальности мужским началом, а весь сюжет превращается в метафору возвращения вытесненного, в еще одну аллегорию бессознательного. Но даже психологизация хоррора и двойное кодирование не делают фильм страшным, скорее наоборот.
Сравним этот американские фильмы с шедеврами не американских хорроров: "Пикник у висячей скалы", "Суспирия", "Вампир", "Носферату", "Одержимость", "Невинные". В этих фильмах все наоборот - главное стиль, а не материал. Субъективная камера и ее неожиданные полеты в у Ардженто и Дрейера, виртуозная операторская работа в Одержимости, длинные кадры и странные ракурсы Питера Уира, игра света и тени почти во всех фильмах, шедевральное сочетание цвета и звука в Суспирии, и конечно монтаж  - свой особенный в каждом из фильмов. Все это вместе затягивает зрителя в воображаемое пространство фильма, вынуждает нас стать соучастниками и испытать настоящий кошмар. Визуальная составляющая, а не история заставляет нас бояться.
Еще одно интересное различие между двумя обозначенными типами фильмов: нарративное кино стремится к полному показу объекта ужаса и к полноте сюжета; визуальное кино строится на намеках, деталях, недосказанностях, сбоях в повествовании. И как ни странно, намек на ужасное пугает гораздо больше, чем его демонстрация.
Но отдадим должное Турнеру и американской классике. В "Людях-кошках" таки есть две сцены, которые дотягивают до уровня шедевра - преследование в парке и сцена в бассейне. В обеих сценах есть охотник и жертва, но мы не видим охотника. Саспенс преследования создается за счет необычного освещения, мерцания, игры света и тени, резких звуков, шорохов и т.д. Стиль побеждает материал, и хоррор начинает работать. 
ЗЫ. Я принципиально не пишу о современных фильмах, но обозначенные мной различия убеждают меня в одном: "Оно"-2017 однажды будет казаться таким же наивным и смешным, как телеверсия "Оно" или, например классические "Дракулы". Потому что материал в них главнее стиля.